ГЛАВА 11
THE FIREBOLT
ВСПОЛОХ
Harry didn’t have a very clear idea of how he had managed to get back into the Honeydukes cellar, through the tunnel, and into the castle once more. All he knew was that the return trip seemed to take no time at all, and that he hardly noticed what he was doing, because his head was still pounding with the conversation he had just heard.
Гарри не очень хорошо помнил, каким образом ему удалось пробраться назад в погреб “Рахатлукулла”, пробежать по тоннелю и вернуться в замок. Всё, что он знал, это то, что обратное путешествие не заняло и минуты, по крайней мере, так показалось; Гарри с трудом понимал, что делает, так терзали его воспоминания о только что услышанном в баре.
Why had nobody ever told him? Dumbledore, Hagrid, Mr. Weasley, Cornelius Fudge…why hadn’t anyone ever mentioned the fact that Harry’s parents had died because their best friend had betrayed them?
Почему никто никогда ничего ему не рассказывал? Думбльдор, Огрид, мистер Уэсли, Корнелиус Фудж... почему никто никогда не говорил, что его родители погибли из-за того, что их предал лучший друг?
Ron and Hermione watched Harry nervously all through dinner, not daring to talk about what they’d overheard, because Percy was sitting close by them. When they went upstairs to the crowded common room, it was to find Fred and George had set off half a dozen Dungbombs in a fit of end-of-term high spirits. Harry, who didn’t want Fred and George asking him whether he’d reached Hogsmeade or not, sneaked quietly up to the empty dormitory and headed straight for his bedside cabinet. He pushed his books aside and quickly found what he was looking for — the leather-bound photo album Hagrid had given him two years ago, which was full of wizard pictures of his mother and father. He sat down on his bed, drew the hangings around him, and started turning the pages, searching, until …
За ужином Перси сидел совсем рядом, и Рон с Гермионой не осмеливаясь ничего обсуждать, а только испуганно следили за Гарри. После ужина ребята поднялись в переполненную общую гостиную, где Фред с Джорджем в припадке восторга по поводу окончания семестра взорвали несколько навозных бомб. Гарри, не желавший отвечать на вопросы близнецов, удалось ему попасть в Хогсмёд или нет, тихонько прокрался в пустую спальню и направился прямиком к прикроватной тумбочке. Он оттолкнул в сторону стопку книжек и быстро нашёл, что искал - обтянутый кожей фотоальбом со снимками родителей, который Огрид подарил ему два года назад. Гарри сел на кровать, задёрнул балдахин и начал переворачивать страницы, пока , наконец...
He stopped on a picture of his parents’ wedding day. There was his father waving up at him, beaming, the untidy black hair Harry had inherited standing up in all directions. There was his mother, alight with happiness, arm in arm with his dad. And there…that must be him. Their best man…Harry had never given him a thought before.
Он остановился на одной из фотографий со свадьбы родителей. Вот машет рукой сияющий отец - на голове во все стороны торчат чёрные волосы, унаследованные и Гарри. Вот мама, вся светится от счастья, держит отца за руку... А вот... это, должно быть, он. Шафер... Раньше Гарри не обращал на него особенного внимания.
If he hadn’t known it was the same person, he would never have guessed it was Black in this old photograph. His face wasn’t sunken and waxy, but handsome, full of laughter. Had he already been working for Voldemort when this picture had been taken? Was he already planning the deaths of the two people next to him? Did he realize he was facing twelve years in Azkaban, twelve years that would make him unrecognizable?
Если бы он не знал, что это Блэк, то ни за что бы не догадался. Лицо на фотографии не было ни восковым, ни измождённым, нет, на Гарри смотрел красивый, жизнерадостный молодой человек. Интересно, в то время, когда была сделана эта фотография он уже работал на Вольдеморта? Уже планировал, как убить тех двоих, что стоят рядом? Понимал ли, что ему предстоит провести двенадцать лет в Азкабане, двенадцать лет, которые изменят его до неузнаваемости?
But the Dementors don’t affect him, Harry thought, staring into the handsome, laughing face. He doesn’t have to hear my Mum screaming if they get too close —
Но ведь дементоры на него не действуют, напомнил себе Гарри, глядя на красивое, смеющееся лицо. При их приближении ему не приходится слышать крик моей мамы...
Harry slammed the album shut, reached over and stuffed it back into his cabinet, took off his robe and glasses and got into bed, making sure the hangings were hiding him from view.
Гарри с силой захлопнул альбом, потянулся к тумбочке, спрятал альбом, снял робу и очки и забрался в постель, удостоверившись, что занавеси надёжно скрывают его от посторонних глаз.
The dormitory door opened.
Дверь в спальню открылась.
“Harry?” said Ron’s voice uncertainly.
- Гарри, - неуверенно позвал голос Рона.
But Harry lay still, pretending to be asleep. He heard Ron leave again, and rolled over on his back, his eyes wide open.
Гарри не пошевелился, притворился спящим. Услышав, что Рон ушёл, он перекатился на спину и невидяще уставился вверх.
A hatred such as he had never known before was coursing through Harry like poison. He could see Black laughing at him through the darkness, as though somebody had pasted the picture from the album over his eyes. He watched, as though somebody was playing him a piece of film, Sirius Black blasting Peter Pettigrew (who resembled Neville Longbottom) into a thousand pieces. He could hear (though having no idea what Black’s voice might sound like) a low, excited mutter. “It has happened, My Lord…the Potters have made me their Secret-Keeper” and then came another voice, laughing shrilly, the same laugh that Harry heard inside his head whenever the Dementors drew near….
Ненависть, такая, какой он никогда раньше не знал, распространялась по телу, как яд. Он с такой ясностью видел перед собой смеющееся лицо Блэка, как будто кто-то прилепил фотографию из альбома к его глазам. Словно в кино, он видел, как Сириус Блэк взрывает Питера Петтигрю (напоминавшего Невилля Длиннопоппа). Он слышал (хотя и не имел представления, как может звучать голос Блэка) тихое, восторженное бормотание: “Это произошло, милорд... Поттеры выбрали меня Хранителем Секрета...” После этих слов звучал другой голос, он пронзительно хохотал... Этот хохот Гарри слышал всякий раз, когда к нему приближались дементоры...
“Harry, you — you look terrible.”
- Гарри - ты выглядишь ужасно.
Harry hadn’t gotten to sleep until daybreak. He had awoken to find the dormitory deserted, dressed, and gone down the spiral staircase to a common room that was completely empty except for Ron, who was eating a Peppermint Toad and massaging his stomach, and Hermione, who had spread her homework over three tables.
Гарри не спал до самого рассвета. Когда он проснулся, спальне уже опустела. Он оделся и по винтовой лестнице спустился в гостиную, где не было никого, кроме Рона. Он заглатывал мятных жаб и гладил себя по животу. Гермиона заняла целых три столика домашней работой.
“Where is everyone?” said Harry.
- А где все? - спросил Гарри.
“Gone! It’s the first day of the holidays, remember?” said Ron, watching Harry closely. “It’s nearly lunchtime; I was going to come and wake you up in a minute.”
- Уехали! Сегодня первый день каникул, забыл? - откликнулся Рон, пристально всматриваясь в лицо Гарри. - Скоро обед; я уже собирался пойти разбудить тебя.
Harry slumped into a chair next to the fire. Snow was still falling outside the windows. Crookshanks was spread out in front of the fire like a large, ginger rug.
Гарри плюхнулся в кресло у огня. За окнами по-прежнему валил снег. Косолапсус растянулся перед камином, похожий на большой рыжий половик.
“You really don’t look well, you know,” Hermione said, peering anxiously into his face.
- Выглядишь ты и правда не очень хорошо, - Гермиона всмотрелась ему в глаза.
“I’m fine,” said Harry.
- Всё нормально, - отмахнулся Гарри.
“Harry, listen,” said Hermione, exchanging a look with Ron, “you must be really upset about what we heard yesterday. But the thing is, you mustn’t go doing anything stupid.”
- Гарри, послушай, - сказала Гермиона, обменявшись взглядом с Роном, - после того, что мы вчера услышали, всё не может быть нормально. Только ты всё равно не должен совершать никаких глупых поступков.
“Like what?” said Harry.
- Каких, например? - осведомился Гарри.
“Like trying to go after Black,” said Ron sharply.
- Например, искать Блэка, - резко вмешался Рон.
Harry could tell they had rehearsed this conversation while he had been asleep. He didn’t say anything.
Было ясно, что они отрепетировали эту речь заранее, пока он спал. Гарри ничего не ответил.
“You won’t, will you, Harry?” said Hermione.
- Ты же не будешь, Гарри, ну, скажи, что не будешь! - воззвала Гермиона.
“Because Black’s not worth dying for,” said Ron.
- Блэк не стоит того, чтобы из-за него умирать, - сказал Рон.
Harry looked at them. They didn’t seem to understand at all.
Гарри посмотрел на друзей. Они же ничего не понимают!
“D’you know what I see and hear every time a Dementor gets too near me?” Ron and Hermione shook their heads, looking apprehensive. “I can hear my mum screaming and pleading with Voldemort. And if you’d heard your mum screaming like that, just about to be killed, you wouldn’t forget it in a hurry. And if you found out someone who was supposed to be a friend of hers betrayed her and sent Voldemort after her —”
- А вы знаете, что я слышу всякий раз, как ко мне приближаются дементоры? - Рон с Гермионой испуганно потрясли головами. - Я слышу, как кричит моя мама, молит Вольдеморта о пощаде. Если бы вы слышали крик человека, которого сейчас убьют, вы бы тоже не смогли так сразу забыть об этом. А если бы вам стало известно, что кто-то, кто притворялся её другом, предал её, подослал к ней Вольдеморта...
“There’s nothing you can do!” said Hermione, looking stricken. “The Dementors will catch Black and he’ll go back to Azkaban and — and serve him right!”
- Но ты же ничего не можешь сделать! - вскричала порясённая Гермиона. - Дементоры схватят Блэка и отправят его назад в Азкабан и... так ему и надо!
“You heard what Fudge said. Black isn’t affected by Azkaban like normal people are. It’s not a punishment for him like it is for the others.”
- Ты же слышала, что сказал Фудж. Дементоры не действуют на Блэка так, как на нормальных людей. Для него это не такое наказание, как для остальных.
“So what are you saying?” said Ron, looking very tense. “You want to — to kill Black or something?”
- И что ты хочешь сказать? - очень напряжённо спросил Рон. - Ты собираешься... убить Блэка или что?
“Don’t be silly,” said Hermione in a panicky voice. “Harry doesn’t want to kill anyone, do you, Harry?”
- Но это же глупо! - в панике закричала Гермиона. - Гарри не будет никого убивать, ведь правда, Гарри?
Again, Harry didn’t answer. He didn’t know what he wanted to do. All he knew was that the idea of doing nothing, while Black was at liberty, was almost more than he could stand.
И снова Гарри не ответил. Он не знал, что собирается делать. Знал только, что, пока Блэк на свободе, ему претит мысль о собственном бездействии.
“Malfoy knows,” he said abruptly. “Remember what he said to me in Potions? ‘If it was me, I’d hunt him down myself…I’d want revenge.’”
- Малфой всё знает, - отрывисто произнёс он. - Помните, что он сказал тогда на снадобьях? “Если бы речь шла обо мне, я бы жаждал мести. Я бы выследил его сам...”
“You’re going to take Malfoy’s advice instead of ours?” said Ron furiously. “Listen…you know what Pettigrew’s mother got back after Black had finished with him? Dad told me — the Order of Merlin, First Class, and Pettigrew’s finger in a box. That was the biggest bit of him they could find. Black’s a madman, Harry, and he’s dangerous —”
- Значит, ты будешь действовать по подсказке Малфоя? - разозлился Рон. - А ты знаешь, что получила мать Петтигрю, после того, как его прикончил Сириус Блэк? Мне папа рассказывал - орден Мерлина первой степени и палец в коробочке. Это самое большее, что осталось от Петтигрю. Из того, что нашли. Блэк сумасшедший, Гарри, он опасен...
“Malfoy’s dad must have told him,” said Harry, ignoring Ron. “He was right in Voldemort’s inner circle —”
- Малфою рассказал его отец, - продолжал Гарри, не слушая Рона. - Он же принадлежал к близкому окружению Вольдеморта...
“Say You-Know-Who, will you?” interjected Ron angrily.
- Говори “Сам-Знаешь-Кто”, будь любезен! - сердито оборвал Рон.
“— so obviously, the Malfoys knew Black was working for Voldemort —”
- ... это так очевидно... в семье Малфоев известно, что Блэк работал на Вольдеморта...
“— and Malfoy’d love to see you blown into about a million pieces, like Pettigrew! Get a grip. Malfoy’s just hoping you’ll get yourself killed before he has to play you at Quidditch.”
- И в семье Малфоев будут счастливы, если тебя, как и Петтигрю, разорвёт на тысячу кусочков! Приди в себя, Гарри! Малфой мечтает, чтобы ты исчез, провалился куда угодно, лишь бы не встречаться с тобой на квидишном поле.
“Harry, please,” said Hermione, her eyes now shining with tears, “Please be sensible. Black did a terrible, terrible thing, but d-don’t put yourself in danger, it’s what Black wants…Oh, Harry, you’d be playing right into Black’s hands if you went looking for him. Your mum and dad wouldn’t want you to get hurt, would they? They’d never want you to go looking for Black!”
- Гарри, прошу тебя, - глаза Гермионы наполнились слезами, - пожалуйста, послушайся голоса разума. Блэк совершил ужасную, ужасную вещь, но н-не подвергай себя опасности, ведь именно этого Блэку и нужно... О, Гарри, ты сыграешь ему на руку, если начнёшь искать его сам. Согласись, твои мама и папа не хотели бы этого! Они не хотели бы, чтобы ты разыскивал Блэка!
“I’ll never know what they’d have wanted, because thanks to Black, I’ve never spoken to them,” said Harry shortly.
- Я никогда не узнаю, чего бы они хотели, потому что благодаря Блэку ни разу не разговаривал с ними, - сухо ответил Гарри.
There was a silence in which Crookshanks stretched luxuriously flexing his claws. Ron’s pocket quivered.
Воцарилось молчание. Косолапсус потянулся всем своим роскошным телом, выпустив когти. Карман Рона содрогнулся.
“Look,” said Ron, obviously casting around for a change of subject, “it’s the holidays! It’s nearly Christmas! Let’s — let’s go down and see Hagrid. We haven’t visited him for ages!”
- Послушайте, - воскликнул Рон, судорожно разыскивая повод сменить тему, - у нас же каникулы! Скоро Рождество! Давайте... давайте пойдём к Огриду. Мы у него сто лет не были!
“No!” said Hermione quickly. “Harry isn’t supposed to leave the castle, Ron —”
- Нельзя! - торопливо вмешалась Гермиона. - Гарри нельзя покидать замок.
“Yeah, let’s go,” said Harry, sitting up, “and I can ask him how come he never mentioned Black when he told me all about my parents!”
- Ага, давай сходим, - сказал Гарри, выпрямляясь в кресле, - я спрошу у него, почему он никогда не упоминал Блэка, когда рассказывал о моих родителях!
Further discussion of Sirius Black plainly wasn’t what Ron had had in mind.
Дальнейшие обсуждения Сириуса Блэка попросту не входили в планы Рона.
“Or we could have a game of chess,” he said hastily, “or Gobstones. Percy left a set —”
- Можно ещё поиграть в шахматы, - поспешно добавил он, - или в побрякуши. Перси оставил набор...
“No, let’s visit Hagrid,” said Harry firmly.
- Нет, пойдём к Огриду, - решительно потребовал Гарри.
So they got their cloaks from their dormitories and set off through the portrait hole (“Stand and fight, you yellow-bellied mongrels!”), down through the empty castle and out through the oak front doors.
Ребята сходили в спальни за мантиями, пролезли в отверстие за портретом (“Стоять! Готовьтесь к бою, безродные желтопузые трусы!”), прошли по пустому замку и через дубовые двери вышли на улицу.
They made their way slowly down the lawn, making a shallow trench in the glittering, powdery snow, their socks and the hems of their cloaks soaked and freezing. The Forbidden Forest looked as though it had been enchanted, each tree smattered with silver, and Hagrid’s cabin looked like an iced cake. Ron knocked, but there was no answer.
Они медленно побрели по склону, оставляя в сверкающем пуховом снегу глубокие траншеи. Носки и подолы промокли и сильно холодили тело. Запретный лес выглядел волшебно, деревья были одеты в наряды из серебра, а хижина Огрида напоминала торт, украшенный сахарной пудрой. Рон постучал, но ответа не было.
“He’s not out, is he?” said Hermione, who was shivering under her cloak.
- Не мог же он уйти? - Гермиона дрожала от холода как осиновый лист.
Ron had his ear to the door.
Рон прижал ухо к двери.
“There’s a weird noise,” he said. “Listen — is that Fang?”
- Там какой-то странный звук, - сообщил он. - Вот послушайте - может, это Клык?
Harry and Hermione put their ears to the door too. From inside the cabin came a series of low, throbbing moans.
Гарри с Гермионой тоже приложили уши к двери. Из хижины доносились низкие, спазматические завывания.
“Think we’d better go and get someone?” said Ron nervously.
- Наверное, надо сходить привести кого-нибудь? - занервничал Рон.
“Hagrid!” called Harry, thumping the door. “Hagrid, are you in there?”
- Огрид! - крикнул Гарри, забарабанив в дверь. - Огрид, ты там?
There was a sound of heavy footsteps, then the door creaked open. Hagrid stood there with his eyes red and swollen, tears splashing down the front of his leather vest.
Грузно зашаркали шаги; дверь со скрипом приотворилась. На пороге появился Огрид с красными, опухшими глазами. Слёзы струились по лицу и падали на кожаную жилетку.
“You’ve heard?” he bellowed, and he flung himself onto Harry’s neck.
- Вы слыхали? - заголосил он и бросился Гарри на шею.
Hagrid being at least twice the size of a normal man, this was no laughing matter. Harry, about to collapse under Hagrid’s weight, was rescued by Ron and Hermione, who each seized Hagrid under an arm and heaved him back into the cabin. Hagrid allowed himself to be steered into a chair and slumped over the table, sobbing uncontrollably, his face glazed with tears that dripped down into his tangled beard.
Это было не смешно - размерами Огрид по меньшей мере в два раза превосходил обычного человека. Чуть не рухнувшего Гарри спасли Рон с Гермионой. Они подхватили Огрида под руки и с усилием отволокли в хижину. Огрид позволил усадить себя в кресло, уронил руки и голову на стол и безудержно зарыдал. Мокрое лицо блестело, слёзы скатывались по косматой бороде.
“Hagrid, what is it?” said Hermione, aghast.
- Огрид, что случилось? - в ужасе спросила Гермиона.
Harry spotted an official-looking letter lying open on the table.
Гарри заметил на столе какое-то официальное уведомление.
“What’s this, Hagrid?”
- Что это такое, Огрид?
Hagrid’s sobs redoubled, but he shoved the letter toward Harry, who picked it up and read aloud:
Рыдания стали громче. Огрид пихнул Гарри письмо. Тот взял его в руки и прочитал вслух:
Dear Mr. Hagrid,
Уважаемый мистер Огрид!
Further to our inquiry into the attack by a Hippogriff on a student in your class, we have accepted the assurances of Professor Dumbledore that you bear no responsibility for the regrettable incident.
В отношении предпринимаемого нами расследования дела о нападении гиппогрифа на учащегося Вашего класса, уведомляем Вас, что мы принимаем заверения профессора Думбльдора в том, что Вы не несёте ответственности за этот неприятный инцидент.
“Well, that’s okay then, Hagrid!” said Ron, clapping Hagrid on the shoulder. But Hagrid continued to sob, and waved one of his gigantic hands, inviting Harry to read on.
- Ну так что, здорово, Огрид! - воскликнул Рон, хлопнув его по плечу. Но Огрид не прекратил рыдать, а только замахал громадной лапищей, показывая, чтобы Гарри читал дальше.
However, we must register our concern about the Hippogriff in question. We have decided to uphold the official complaint of Mr. Lucius Malfoy, and this matter will therefore be taken to the Committee for the Disposal of Dangerous Creatures. The hearing will take place on April 20th, and we ask you to present yourself and your Hippogriff at the Committee’s offices in London on that date. In the meantime, the Hippogriff should be kept tethered and isolated.
Однако, мы должны довести до Вашего сведения, что вышеупомянутый гиппогриф вызывает наше огромное беспокойство. Мы приняли решение рассмотреть официальную жалобу, поданную мистером Люциусом Малфоем. Таким образом, Ваше дело будет передано на рассмотрение комитета по уничтожению опасных созданий. Слушание назначено на 20-е апреля, и мы просим Вас в этот день доставить означенного гиппигрифа в Лондон на заседание. В настоящее время гиппогрифа следует содержать в изолированном помещении в стреноженном состоянии.
Yours in fellowship …
Искренне Ваш...
There followed a list of the school governors.
Далее следовали подписи членов правления школы.
“Oh,” said Ron. “But you said Buckbeak isn’t a bad Hippogriff, Hagrid. I bet he’ll get off.”
- Ой, - сказал Рон. - Огрид, ты ведь говорил, что Конькур - хороший гиппогриф. Я уверен, что ты сумеешь защитить его...
“Yeh don’ know them gargoyles at the Committee fer the Disposal o’ Dangerous Creatures!” choked Hagrid, wiping his eyes on his sleeve. “They’ve got it in fer interestin’ creatures!”
- Ты понятия не имеешь, какие там сидят горгульи, в этом комитете по уничтожению опасных созданий! - Огрид захлебнулся рыданиями, одновременно утираясь рукавом. - У них зуб на всех интересных зверьков!
A sudden sound from the corner of Hagrid’s cabin made Harry, Ron, and Hermione whip around. Buckbeak the Hippogriff was lying in the corner, chomping on something that was oozing blood all over the floor.
Неожиданный звук из угла хижины заставил ребят резко обернуться. Гиппогриф Конькур лежал в углу, поклёвывая нечто, обильно источавшее кровь.
“I couldn’ leave him tied up out there in the snow!” choked Hagrid. “All on his own! At Christmas.”
- Не мог же я привязать его там, в снегу! - давился слезами Огрид. - Одного! В Рождество.
Harry, Ron, and Hermione looked at one another. They had never seen eye to eye with Hagrid about what he called ‘interesting creatures’ and other people called ‘terrifying monsters.’ On the other hand, there didn’t seem to be any particular harm in Buckbeak. In fact, by Hagrid’s usual standards, he was positively cute.
Гарри, Рон и Гермиона переглянулись. Они никогда не встречались лицом к лицу с теми, кого Огрид называл “интересными зверьками” (а прочие называли жуткими монстрами). С другой стороны, именно Конькур не вызывал особенных опасений, наоборот, учитывая обычные привязанности Огрида, был вполне милым.
“You’ll have to put up a good strong defense, Hagrid,” said Hermione, sitting down and laying a hand on Hagrid’s massive forearm. “I’m sure you can prove Buckbeak is safe.”
- Тебе надо как следует построить защиту, Огрид, - Гермиона села рядом и положила ладонь на массивное предплечье. - Я уверена, ты сможешь доказать, что Конькур безопасен.
“Won’ make no diff’rence!” sobbed Hagrid. “Them Disposal devils, they’re all in Lucius Malfoy’s pocket! Scared o’ him! Ad if I lose the case, Buckbeak —”
- Без разницы! - всхлипывал Огрид. - Эти дьяволы в комитете, они все у Люциуса в кармане! Боятся его! А если мы проиграем, Конькура...
Hagrid drew his finger swiftly across his throat, then gave a great wail and lurched forward, his face in his arms.
Огрид чикнул пальцем по горлу, издал протяжный вопль и снова уронил голову на руки.
“What about Dumbledore, Hagrid?” said Harry.
- А что Думбльдор? - спросил Гарри.
“He’s done more’n enough fer me already,” groaned Hagrid. “Got enough on his plate what with keepin’ them Dementors outta the castle, an’ Sirius Black lurkin’ around.”
- Он и так уж для меня сделал больше некуда, - простонал Огрид. - Ему и без того тяжко приходится, чтоб дементоров не пускать в замок, да ещё и Сириус рядом рыщет...
Ron and Hermione looked quickly at Harry, as though expecting him to start berating Hagrid for not telling him the truth about Black. But Harry couldn’t bring himself to do it, not now that he saw Hagrid so miserable and scared.
Рон с Гермионой кинули быстрый взгляд на Гарри - вдруг он начнёт клеймить Огрида позором за то, что тот не рассказал о Блэке всей правды. Однако, Огрид пребывал в таком отчаянии, что было не до выяснения отношений.
“Listen, Hagrid,” he said, “you can’t give up. Hermione’s right, You just need a good defense. You can call us as witnesses —”
- Знаешь, Огрид, - сказал Гарри, - ты, главное, не теряй надежды. Гермиона права, тебе нужно правильно построить защиту. Можешь пригласить нас всех в свидетели...
“I’m sure I’ve read about a case of Hippogriff-baiting,” said Hermione thoughtfully, “where the Hippogriff got off. I’ll look it up for you, Hagrid, and see exactly what happened.”
- По-моему, я читала об одном случае преследования гиппогрифа, - задумчиво произнесла Гермиона, - кстати, его оправдали. Огрид, я поищу в книжке и тогда скажу тебе, как обстояло дело.
Hagrid howled still more loudly. Harry and Hermione looked at Ron to help them.
Огрид завыл ещё громче. Гарри и Гермиона посмотрели на Рона, молча взывая о помощи.
“Er — shall I make a cup of tea?” said Ron.
- Может быть... приготовить чаю? - предложил Рон.
Harry stared at him.
Гарри с укором уставился на него.
“It’s what my mum does whenever someone’s upset,” Ron muttered, shrugging.
- Мама всегда так делает, когда кто-нибудь плачет, - пробормотал, пожав плечами, Рон.
At last, after many more assurances of help, with a steaming mug of tea in front of him, Hagrid blew his nose on a handkerchief the size of a tablecloth and said, “Yer right. I can’ afford to go ter pieces. Gotta pull meself together…”
Наконец, получив множество уверений, что ему помогут, глядя на поставленную перед ним дымящуюся кружку, Огрид высморкался в платок размером со скатерть и сказал: - Вы правы. Сейчас нельзя разваливаться. Надо собраться...
Fang the boarhound came timidly out from under the table and laid his head on Hagrid’s knee.
Немецкий дог Клык робко вылез из-под стола и положил голову на колени хозяина.
“I’ve not bin meself lately,” said Hagrid, stroking Fang with one hand and mopping his face with the other. “Worried abou’ Buckbeak, an’ no one likin’ me classes —”
- Последние дни я сам не свой, - признался Огрид, поглаживая Клыка одной рукой и вытирая лицо другой. - За Конькура душа изболелась, да и мои уроки никто не любит...
“We do like them!” lied Hermione at once.
- Мы любим! - тут же соврала Гермиона.
“Yeah, they’re great!” said Ron, crossing his fingers under the table. “Er — how are the flobberworms?”
- Да, у тебя здорово! - выпалил Рон, скрестив под столом пальцы. - Да, а... как поживают скучечерви?
“Dead,” said Hagrid gloomily. “Too much lettuce.”
- Сдохли, - мрачно ответил Огрид. - Пережрали латука.
“Oh no!” said Ron, his lip twitching.
- О, нет! - воскликнул Рон, с трудом удерживая на месте поползшие вверх уголки губ.
“An’ them Dementors make me feel ruddy terrible an’ all,” said Hagrid, with a sudden shudder. “Gotta walk past ‘em ev’ry time I want a drink in the Three Broomsticks. ‘S like bein’ back in Azkaban —”
- И от дементоров мне не по себе, - вдруг содрогнулся Огрид. - Каждый раз, как иду в “Три метлы” пропустить стаканчик, приходиться проходить мимо них. Прям как будто попал назад в Азкабан...
He fell silent, gulping his tea. Harry, Ron, and Hermione watched him breathlessly. They had never heard Hagrid talk about his brief spell in Azkaban before. After a pause, Hermione said timidly, “Is it awful in there, Hagrid?”
Он умолк и принялся заглатывать чай. Гарри, Рон и Гермиона, не издавая ни звука, наблюдали за ним. Раньше Огрид никогда не упоминал о своём коротком пребывании в тюрьме. После некоторой паузы Гермиона робко задала вопрос: - Там было очень страшно, Огрид?
“Yeh’ve no idea,” said Hagrid quietly. “Never bin anywhere like it. Thought I was goin’ mad. Kep’ goin’ over horrible stuff in me mind…the day I got expelled from Hogwarts…day me dad died…day I had ter let Norbert go …”
- Не представляете, - тихо ответил Огрид. - Ни в жисть со мной такого не было. Думал, всё, крыша поехала. Всё поминал самое плохое... как из “Хогварца” исключили... как папаша мой помер... как Норберта отправлял...
His eyes filled with tears. Norbert was the baby dragon Hagrid had once won in a game of cards.
Его глаза снова увлажнились. Норберта, детёныша дракона, Огрид выиграл в карты.
“Yeh can’ really remember who yeh are after a while. An’ yeh can’ really see the point o’ livin’ at all. I used ter hope I’d jus’ die in me sleep. When they let me out, it was like bein’ born again, ev’rythin’ came floodin’ back, it was the bes’ feelin’ in the world. Mind, the Dementors weren’t keen on lettin’ me go.”
- Проходит время, а ты уж и не знаешь, кто ты такой есть. И не знаешь, зачем живёшь. Я, помню, всё надеялся, помереть бы во сне... Когда меня выпустили, я как заново народился, как будто в меня хлынул обратно весь мир... такое чувство... А дементоры, меж тем, не очень-то хотели меня отпускать.
“But you were innocent!” said Hermione.
- Ты же был невиновен! - воскликнула Гермиона.
Hagrid snorted.
Огрид фыркнул.
“Think that matters to them? They don’ care. Long as they’ve got a couple o’ hundred humans stuck there with ‘em, so they can leech all the happiness out of ‘em, they don’ give a damn who’s guilty an’ who’s not.”
- А им-то что? Им по барабану. Им подавай штук двести человечьих душ, чтобы было откуда высасывать радость да счастье, а кто там виноват, кто не виноват - не ихнего ума дело.
Hagrid went quiet for a moment, staring into his tea. Then he said quietly, “Thought o’ jus’ letting Buckbeak go …tryin’ ter make him fly away…but how d’yeh explain ter a Hippogriff it’s gotta go inter hidin’? An’ — an’ I’m scared o’ breakin’ the law…” He looked up at them, tears leaking down his face again. “I don’ ever want ter go back ter Azkaban.”
Огрид затих на мгновение, застывшими глазами глядя в кружку. Затем тихо произнёс: - Хотел я было выпустить Конькура... шугал его, шугал, кыш, мол, отсюда... да как ты объяснишь гиппогрифу, что ему надо скрыться? А ещё... боюсь я теперь... нарушать закон-то, - он поднял на ребят несчастные глаза, слёзы вновь струились по лицу, - не хочу больше в Азкабан.
The trip to Hagrid’s, though far from fun, had nevertheless had the effect Ron and Hermione had hoped. Though Harry had by no means forgotten about Black, he couldn’t brood constantly on revenge if he wanted to help Hagrid win his case against the Committee for the Disposal of Dangerous Creatures. He, Ron, and Hermione went to the library the next day and returned to the empty common room laden with books that might help prepare a defense for Buckbeak. The three of them sat in front of the roaring fire, slowly turning the pages of dusty volumes about famous cases of marauding beasts, speaking occasionally when they ran across something relevant.
Поход к Огриду, хоть его и нельзя было назвать развлечением, тем не менее оказал положительное воздействие, на которое так рассчитывали Рон с Гермионой. Гарри, хоть и не забывал о Блэке, уже не мог постоянно вынашивать планы мести - надо было думать, как помочь Огриду выиграть дело в комитете по уничтожению опасных созданий. На следующий же день они отправились в библиотеку и возвратились в пустынную общую гостиную, нагруженные разнообразной литературой, которая должна была помочь подготовить аргументы защиты в пользу Конькура. Все трое уселись перед полыхающим в камине огнём и принялись медленно листать страницы пыльных томов. Они выискивали все упоминания о знаменитых делах о хищных животных и время от времени, когда попадалось нечто подходящее, обменивались репликами.
“Here’s something…there was a case in 1722…but the Hippogriff was convicted — ugh, look what they did to it, that’s disgusting —”
- Вот кое-что... дело 1722 года... только тут гиппогриф был приговорён... бррр, посмотрите только, что с ним сделали, это отвратительно...
“This might help, look — a Manticore savaged someone in 1296, and they let the Manticore off — oh — no, that was only because everyone was too scared to go near it…”
- Наверное, вот это может помочь, смотрите - в 1296 году мантикора растерзала кого-то, но её отпустили - ой! - нет, это произошло только потому, что никто не решился к ней приблизиться...
Meanwhile, in the rest of the castle, the usual magnificent Christmas decorations had been put up, despite the fact that hardly any of the students remained to enjoy them. Thick streamers of holly and mistletoe were strung along the corridors, mysterious lights shone from inside every suit of armor, and the Great Hall was filled with its usual twelve Christmas trees, glittering with golden stars. A powerful and delicious smell of cooking pervaded the corridors, and by Christmas Eve, it had grown so strong that even Scabbers poked his nose out of the shelter of Ron’s pocket to sniff hopefully at the air.
Тем временем, замок украшали к Рождеству, невзирая на то, что оценить великолепное убранство было практически некому - мало кто из учащихся остался в школе на каникулы. По коридорам и переходам были развешаны толстые гирлянды из омелы и остролиста, внутри рыцарских доспехов мерцали загадочные огоньки, в Большом зале установили двенадцать мерцающих золотыми звёздами рождественских ёлок. По всему замку разносился заманчивый запах вкуснейших блюд, достигший к сочельнику такой силы, что даже Струпик высунул нос из своего убежища в нагрудном кармане Рона и с надеждой понюхал воздух.
On Christmas morning, Harry was woken by Ron throwing his pillow at him.
Утром в Рождество Гарри проснулся от того, что Рон швырнул в него подушкой.
“Oy! Presents!”
- Эй! Подарки!
Harry reached for his glasses and put them on, squinting through the semi-darkness to the foot of his bed, where a small heap of parcels had appeared. Ron was already ripping the paper off his own presents.
Гарри потянулся за очками, надел их и, щурясь со сна в полутьме спальни, разглядел в ногах кровати небольшую горку упакованных свёртков. Рон уже сорвал обёртку со своих подарков.
“Another sweater from Mum…maroon again…see if you’ve got one.”
- Очередной свитер от мамы... опять бордовый... посмотри, а у тебя есть свитер?
Harry had. Mrs. Weasley had sent him a scarlet sweater with the Gryffindor lion knitted on the front, also a dozen home-baked mince pies, some Christmas cake, and a box of nut brittle. As he moved all these things aside, he saw a long, thin package lying underneath.
Свитер был. Миссис Уэсли прислала Гарри малиновый свитер с вывязанным на груди гриффиндорским львом, кроме того, в посылке было двенадцать домашних пирожков с мясом, рождественский пирог и коробка хрустящих орешков. Отодвинув всё это в сторону, Гарри заметил под свёртками длинную изящную коробку.
“What’s that?” said Ron, looking over, a freshly unwrapped pair of maroon socks in his hand.
- Что там? - повернул голову Рон, державший в руках пару только что распакованных бордовых носков.
“Dunno…”
- Не знаю...
Harry ripped the parcel open and gasped as a magnificent, gleaming broomstick rolled out onto his bedspread. Ron dropped his socks and jumped off his bed for a closer look.
Гарри сорвал упаковку и задохнулся - на покрывало выкатилась великолепная, сверкающая метла. Рон уронил носки и соскочил со своей кровати, чтобы получше рассмотреть её.
“I don’t believe it,” he said hoarsely.
- Не может быть, - сказал он хрипло.
It was a Firebolt, identical to the dream broom Harry had gone to see every day in Diagon Alley. Its handle glittered as he picked it up. He could feel it vibrating and let go; it hung in midair, unsupported, at exactly the right height for him to mount it. His eyes moved from the golden registration number at the top of the handle, right down to the perfectly smooth, streamlined birch twigs that made up the tail.
Это был “Всполох”, близнец той самой метлы, о которой Гарри мечтал и которой любовался каждый день, пока жил на Диагон-аллее. Он взял метлу в руки, и рукоять заиграла огоньками. Гарри почувствовал, что метла легонько вибрирует в ладонях, и разжал пальцы. “Всполох” завис в воздухе безо всякой поддержки, как раз на нужной высоте, чтобы мальчику было сподручно сесть. Глаза Гарри пробежали по рукояти, от золотого регистрационного номера в верхней части до идеально гладких, ровных, берёзовых хвостовых хворостин.
“Who sent it to you?” said Ron in a hushed voice.
- Кто тебе это прислал? - глухим от волнения голосом спросил Рон.
“Look and see if there’s a card,” said Harry.
- Посмотри, там есть открытка или записка?
Ron ripped apart the Firebolt’s wrappings.
Рон разорвал упаковку “Всполоха” пополам.
“Nothing! Blimey, who’d spend that much on you?”
- Ничего нет! Разрази меня гром, кто потратил на тебя столько денег?
“Well,” said Harry, feeling stunned, “I’m betting it wasn’t the Dursleys.”
- Ну, - протянул ошарашенный Гарри, - одно могу сказать - не Дурслеи.
“I bet it was Dumbledore,” said Ron, now walking around and around the Firebolt, taking in every glorious inch. “He sent you the Invisibility Cloak anonymously…”
- Бьюсь об заклад, это Думбльдор, - сказал Рон, ходя кругами вокруг “Всполоха”, вбирая глазами каждый восхитительный дюйм метлы, - Плащ-невидимку он тоже послал анонимно...
“That was my dad’s, though,” said Harry. “Dumbledore was just passing it on to me. He wouldn’t spend hundreds of Galleons on me. He can’t go giving students stuff like this —”
- Плащ был моего папы, - возразил Гарри, - Думбльдор всего-навсего передал его мне. Он не тратил на него сотни галлеонов. Не может же он за просто так раздавать ученикам подобные подарки...
“That’s why he wouldn’t say it was from him!” said Ron. “In case some git like Malfoy said it was favoritism. Hey, Harry —” Ron gave a great whoop of laughter — “Malfoy! Wait ‘til he sees you on this! He’ll be sick as a pig! This is an international standard broom, this is!”
- Поэтому он и не признался, что это от него! - воскликнул Рон. - Чтобы придурки типа Малфоя не говорили, что у него есть любимчики. Эй, Гарри! - Рон громко расхохотался. - Малфой! Представляешь, что будет, когда он это увидит! Он сдохнет от зависти! Ведь это же метла международного уровня!
“I can’t believe this,” Harry muttered, running a hand along the Firebolt, while Ron sank onto Harry’s bed, laughing his head off at the thought of Malfoy. “Who—?”
- Не могу поверить, - бормотал Гарри, водя рукой по “Всполоху”, пока Рон катался по Гарриной кровати, ухахатываясь над Малфоем. - Кто?...
“I know,” said Ron, controlling himself, “I know who it could’ve been — Lupin!”
- Я понял! - заорал Рон, успокоившись. - Я знаю, кто - Люпин!
“What?” said Harry, now starting to laugh himself “Lupin? Listen, if he had this much gold, he’d be able to buy himself some new robes.”
- Чего? - тут уж Гарри сам расхохотался. - Люпин? Ты что! Если бы у Люпина было столько денег, уж он, наверное, не ходил бы таким оборванцем.
“Yeah, but he likes you,” said Ron. “And he was away when your Nimbus got smashed, and he might’ve heard about it and decided to visit Diagon Alley and get this for you —”
- Да, но ты же ему нравишься, - настаивал на своём Рон. - Его же не было, когда случилось несчастье с твоим “Нимбусом”, он услышал об этом и решил съездить на Диагон-аллею и купить тебе...
“What d’you mean, he was away?” said Harry. “He was ill when I was playing in that match.”
- Ты хочешь сказать, он тогда был в отъезде? - удивился Гарри. - Он ведь в то время болел!
“Well, he wasn’t in the hospital wing,” said Ron. “I was there, cleaning out the bedpans on that detention from Snape, remember?”
- По крайней мере, в больнице его не было, - сказал Рон. - А я был, я же мыл там горшки, помнишь, Злей наложил взыскание?
Harry frowned at Ron.
Гарри нахмурился.
“I can’t see Lupin affording something like this.”
- И всё-таки Люпин не мог себе такого позволить.
“What’re you two laughing about?”
- Над чем это вы смеётесь?
Hermione had just come in, wearing her dressing gown and carrying Crookshanks, who was looking very grumpy, with a string of tinsel tied around his neck.
Вошла Гермиона в халате. На руках она держала Косолапсуса, с мишурой вокруг шеи, придававшей коту в высшей степени недружелюбный вид.
“Don’t bring him in here!” said Ron, hurriedly snatching Scabbers from the depths of his bed and stowing him in his pajama pocket.
- Не вноси его сюда! - Рон поспешно выхватил Струпика из глубин своей постели и засунул в нагрудный карман пижамы.
But Hermione wasn’t listening. She dropped Crookshanks onto Seamus’s empty bed and stared, open-mouthed, at the Firebolt.
Но Гермиона не обратила на эти слова внимания. Она опустила Косолапсуса на застеленную кровать Симуса и с открытым ртом уставилась на “Всполох”.
“Oh, Harry! Who sent you that?”
- О! Гарри! А это кто тебе прислал?
“No idea,” said Harry. “There wasn’t a card or anything with it.”
- Понятия не имею, - ответил Гарри. - Ни открытки, ничего.
To his great surprise, Hermione did not appear either excited or intrigued by the news. On the contrary, her face fell, and she bit her lip.
К его глубокому изумлению, Гермиона не удивилась и не обрадовалась. Напротив, её лицо помрачнело, и она закусила губу.
“What’s the matter with you?” said Ron.
- Ты чего? - спросил Рон.
“I don’t know,” said Hermione slowly, “but it’s a bit odd, isn’t it? I mean, this is supposed to be quite a good broom, isn’t it?”
- Не знаю, - медленно проговорила Гермиона, - только всё это как-то странно. Это ведь довольно хорошая метла?
Ron sighed exasperatedly.
Рон обречённо вздохнул.
“It’s the best broom there is, Hermione,” he said.
- Это самая лучшая на свете метла, Гермиона, - раздражённо бросил он.
“So it must’ve been really expensive…”
- Она, видимо, очень дорогая...
“Probably cost more than all the Slytherins’ brooms put together,” said Ron happily.
- Стоит побольше, чем все слизеринские мётлы, вместе взятые, - со счастливым видом сообщил Рон.
“Well…who’d send Harry something as expensive as that, and not even tell him they’d sent it?” said Hermione.
- Вот именно... Кто мог прислать Гарри такую дорогую вещь и даже не признаться, что это сделал именно он? - продолжала задавать вопросы Гермиона.
“Who cares?” said Ron impatiently. “Listen, Harry, can I have a go on it? Can I?”
- Какая разница? - нетерпеливо оборвал её Рон. - Слушай, Гарри, а можно, я прокачусь? Можно?
“I don’t think anyone should ride that broom just yet!” said Hermione shrilly.
- Мне кажется, этой метлой пока не следует пользоваться! - пронзительно выкрикнула Гермиона.
Harry and Ron looked at her.
Гарри с Роном посмотрели на неё.
“What d’you think Harry’s going to do with it — sweep the floor?” said Ron.
- А что, по-твоему, ею следует делать? Пол подметать? - возмутился Рон.
But before Hermione could answer, Crookshanks sprang from Seamus’s bed, right at Ron’s chest.
Раньше, чем девочка успела ответить, Косолапсус бросился с постели Симуса прямо на грудь Рону.
“GET — HIM — OUT — OF — HERE!” Ron bellowed as Crookshanks’s claws ripped his pajamas and Scabbers attempted a wild escape over his shoulder. Ron seized Scabbers by the tail and aimed a misjudged kick at Crookshanks that hit the trunk at the end of Harry’s bed, knocking it over and causing Ron to hop up and down, howling with pain.
- УБЕРИ - ЕГО - ОТСЮДА! - заорал Рон. Когти Косолапсуса разорвали пижаму, а ошалевший от страха Струпик попытался удрать по плечу хозяина. Рон поймал его за хвост и одновременно брыкнул ногой в воздухе. Он целил в кота, но попал по сундуку, стоявшему в ногах Гарриной кровати. Сундук перевернулся, а Рон запрыгал, подвывая от боли.
Crookshanks’s fur suddenly stood on end. A shrill, tinny, whistling was filling the room. The Pocket Sneakoscope had become dislodged from Uncle Vernon’s old socks and was whirling and gleaming on the floor.
Вдруг шерсть Косолапсуса встала дыбом: комнату наполнил пронзительный, металлический свист. Карманный горескоп выпал из носка дяди Вернона и, сверкая, крутился на полу.
“I forgot about that!” Harry said, bending down and picking up the Sneakoscope. “I never wear those socks if I can help it…”
- Я и забыл про него! - сказал Гарри, наклоняясь и подбирая горескоп. - Я стараюсь по возможности не носить эти носки...
The Sneakoscope whirled and whistled in his palm. Crookshanks was hissing and spitting at it.
Горескоп вращался и свистел у него на ладони. Косолапсус шипел и плевался.
“You’d better take that cat out of here, Hermione,” said Ron furiously, sitting on Harry’s bed nursing his toe. “Can’t you shut that thing up?” he added to Harry as Hermione strode out of the room, Crookshanks’s yellow eyes still fixed maliciously on Ron.
- Лучше забери отсюда своего кота, Гермиона, - свирепо проговорил Рон. Он сидел на Гарриной кровати и тёр ушибленный палец. - И заткни эту штуку! - добавил он, обращаясь к Гарри, когда Гермиона уже выходила из комнаты. Жёлтые злые глаза Косолапсуса были по-прежнему прикованы к Рону.
Harry stuffed the Sneakoscope back inside the socks and threw it back into his trunk. All that could be heard now were Ron’s stifled moans of pain and rage. Scabbers was huddled in Ron’s hands. It had been a while since Harry had seen him out of Ron’s pocket, and he was unpleasantly surprised to see that Scabbers, once so fat, was now very skinny; patches of fur seemed to have fallen out too.
Гарри запихнул горескоп обратно в носки и швырнул в сундук. Теперь были слышны лишь сдавленные стоны Рона. У него в ладонях комочком свернулся Струпик. Гарри давно не видел крысу, последнее время она не покидала карман хозяина. Приходилось признать, что бедное животное ещё больше отощало; шерсть вылезала клочьями.
“He’s not looking too good, is he?” Harry said.
- Плоховато он выглядит, да? - сказал Гарри.
“It’s stress!” said Ron. “He’d be fine if that big stupid furball left him alone!”
- Это стресс! - воскликнул Рон. - Он бы уже выздоровел, если бы этот тупой рыжий меховой бочонок оставил его в покое!
But Harry, remembering what the woman at the Magical Menagerie had said about rats living only three years, couldn’t help feeling that unless Scabbers had powers he had never revealed, he was reaching the end of his life. And despite Ron’s frequent complaints that Scabbers was both boring and useless, he was sure Ron would be very miserable if Scabbers died.
Но Гарри не забыл слов продавщицы из “Заманчивого зверинца” о том, что крысы живут всего три года, и у него сложилось впечатление, что, если только Струпик не скрывает каких-нибудь волшебных свойств, конец его крысиной жизни близок. И, хотя Рон частенько жаловался, что Струпик скучное и бесполезное животное, Гарри не сомневался - Рон будет очень несчастен, если Струпик умрёт.
Christmas spirit was definitely thin on the ground in the Gryffindor common room that morning. Hermione had shut Crookshanks in her dormitory, but was furious with Ron for trying to kick him; Ron was still fuming about Crookshanks’s fresh attempt to eat Scabbers. Harry gave up trying to make them talk to each other and devoted himself to examining the Firebolt, which he had brought down to the common room with him. For some reason this seemed to annoy Hermione as well; she didn’t say anything, but she kept looking darkly at the broom as though it too had been criticizing her cat.
В то утро в общей гостиной “Гриффиндора” дух Рождества практически не ощущался. Гермиона заперла Косолапсуса у себя в спальне, но злилась на Рона за то, что он хотел пнуть её кота; Рон, в свою очередь, исходил яростью из-за очередной попытки Косолапсуса съесть Струпика. В конце концов Гарри оставил надежду помирить их. Он сосредоточил всё внимание на “Всполохе”, который принёс с собой из спальни. По каким-то причинам это сильно раздражало Гермиону; она, правда, ничего не говорила, но бросала на метлу мрачные взоры, как будто та тоже осмеливалась критиковать её кота.
At lunchtime they went down to the Great Hall, to find that the House tables had been moved against the walls again, and that a single table, set for twelve, stood in the middle of the room. Professors Dumbledore, McGonagall, Snape, Sprout, and Flitwick were there, along with Filch, the caretaker, who had taken off his usual brown coat and was wearing a very old and rather moldy-looking tailcoat. There were only three other students, two extremely nervous-looking first years and a sullen-faced Slytherin fifth year.
Они спустились в Большой зал к обеду и обнаружили, что столы колледжей отодвинуты к стенам, а в центре установлен один-единственный стол, накрытый на двенадцать персон. За ним уже сидели профессора Думбльдор, МакГонаголл, Злей, Спаржелла и Флитвик, а также смотритель Филч, который снял свою извечную коричневую куртку и облачился в древний замшелый фрак. Учеников за столом было всего трое: два перепуганных первоклассника и угрюмолицый слизеринец из пятого класса.
“Merry Christmas!” said Dumbledore as Harry, Ron, and Hermione approached the table. “As there are so few of us, it seemed foolish to use the House tables…Sit down, sit down!”
- С Рождеством! - сказал Думбльдор Гарри, Рону и Гермионе, когда они подошли к столу. - Нас слишком мало, глупо было накрывать столы как обычно... Садитесь, садитесь!
Harry, Ron, and Hermione sat down side by side at the end of the table.
Ребята расселись в ряд по одну сторону стола.
“Crackers!” said Dumbledore enthusiastically, offering the end of a large silver noisemaker to Snape, who took it reluctantly and tugged. With a bang like a gunshot, the cracker flew apart to reveal a large, pointed witches hat topped with a stuffed vulture.
- Крекеры! - Думбльдор с энтузиазмом предложил Злею один конец большой серебряной хлопушки. Тот неохотно принял его и потянул. Раздался грохот, подобный пушечному выстрелу, крекер распался на части, и из него вылетела большая остроконечная шляпа, украшенная чучелом ястреба.
Harry, remembering the Boggart, caught Ron’s eye and they both grinned; Snape’s mouth thinned and he pushed the hat toward Dumbledore, who swapped it for his wizard’s hat at once.
Гарри, сразу вспомнивший вризрака, встретился взглядом с Роном, и они оба ухмыльнулись; Злей поджал губы, подтолкнул шляпу к Думбльдору, и тот с охотой заменил ею свой собственный колдовской головной убор.
“Dig in!” he advised the table, beaming around.
- Налетайте! - пригласил он собравшихся, лучась и сияя.
As Harry was helping himself to roast potatoes, the doors of the Great Hall opened again. It was Professor Trelawney, gliding toward them as though on wheels. She had put on a green sequined dress in honor of the occasion, making her look more than ever like a glittering, oversized dragonfly.
Пока Гарри угощался жареной картошкой, двери в Большой зал отворились. Вошла профессор Трелани и, словно на колёсах, заскользила к столу. По торжественному случаю она надела зелёное платье с блёстками и стала как никогда похожа на сверкающую гигантскую стрекозу.
“Sibyll, this is a pleasant surprise!” said Dumbledore, standing up.
- Сибилла, какой приятный сюрприз! - воскликнул Думбльдор, вставая.
“I have been crystal gazing, Headmaster,” said Professor Trelawney in her mistiest, most faraway voice, “and to my astonishment, I saw myself abandoning my solitary luncheon and coming to join you. Who am I to refuse the promptings of fate? I at once hastened from my tower, and I do beg you to forgive my lateness…”
- Мне, к моему величайшему удивлению, директор, довелось узреть в хрустальном шаре, - поведала профессор Трелани самым загадочным, самым загробным голосом, - что я оставила свою одинокую трапезу и присоединилась к вам. Кто я такая, чтобы сопротивляться велению судьбы? Я немедленно покинула свою обитель и покорнейше прошу простить меня за опоздание...
“Certainly, certainly,” said Dumbledore, his eyes twinkling. “Let me draw you up a chair —”
- Конечно, конечно, - ответил Думбльдор, мигая глазами. - Позвольте предложить вам стул...
And he did indeed draw a chair in midair with his wand, which revolved for a few seconds before falling with a thud between Professors Snape and McGonagall. Professor Trelawney, however, did not sit down; her enormous eyes had been roving around the table, and she suddenly uttered a kind of soft scream.
И он “предложил” стул, нарисовав его в воздухе волшебной палочкой. Стул несколько секунд качался над полом, а потом с грохотом приземлился между Злеем и МакГонаголл. Профессор Трелани, однако, не спешила сесть; огромные глаза пробежали по собранию - и вдруг прорицательница издала тихий вопль.
“I dare not, Headmaster! If I join the table, we shall be thirteen! Nothing could be more unlucky! Never forget that when thirteen dine together, the first to rise will be the first to die!”
- Я не смею, директор! Если я присоединюсь к вам, за столом окажется тринадцать человек! Какое несчастливое знамение! Не забывайте - когда тринадцать человек едят за одним столом, то первый, кто встанет с места, первым и умрёт!
“We’ll risk it, Sibyll,” said Professor McGonagall impatiently. “Do sit down, the turkey’s getting stone cold.”
- Ничего, мы рискнём, Сибилла, - нетерпеливо оборвала её профессор МакГонаголл. - Садитесь, не то индейка окончательно остынет!
Professor Trelawney hesitated, then lowered herself into the empty chair, eyes shut and mouth clenched tight, as though expecting a thunderbolt to hit the table. Professor McGonagall poked a large spoon into the nearest tureen.
Профессор Трелани поколебалась, а затем опустилась на предложенный стул, зажмурив глаза и крепко сжав губы, словно ожидая немедленного поражения громом. Профессор МакГонаголл опустила большую ложку в ближайшее блюдо.
“Tripe, Sibyll?”
- Рубцов, Сибилла?
Professor Trelawney ignored her. Eyes open again, she looked around once more and said, “But where is dear Professor Lupin?”
Профессор Трелани оставила предложение без внимания. Вновь открыв глаза, она ещё раз оглядела присутствующих и спросила: - А где же наш дорогой профессор Люпин?
“I’m afraid the poor fellow is ill again,” said Dumbledore, indicating that everybody should start serving themselves. “Most unfortunate that it should happen on Christmas Day.”
- Боюсь, бедняга снова заболел, - ответил Думбльдор, жестом приглашая накладывать кушанья. - Так неудачно, в самое Рождество.
“But surely you already knew that, Sibyll?” said Professor McGonagall, her eyebrows raised.
- Я уверена, вы уже знали об этом, Сибилла? - подняла брови профессор МакГонаголл.
Professor Trelawney gave Professor McGonagall a very cold look.
Профессор Трелани ответила очень холодным взором.
“Certainly I knew, Minerva,” she said quietly. “But one does not parade the fact that one is All-Knowing. I frequently act as though I am not possessed of the Inner Eye, so as not to make others nervous.”
- Разумеется, знала, - спокойно ответила она. - Однако, не следует афишировать тот факт, что тебе известно всё обо всём. Я часто веду себя так, словно у меня нет Внутреннего Глаза, чтобы не нервировать окружающих.
“That explains a great deal,” said Professor McGonagall tartly.
- Это многое объясняет, - ядовито процедила профессор МакГонаголл.
Professor Trelawney’s voice suddenly became a good deal less misty.
Голос профессора Трелани внезапно потерял почти всю свою загробность.
“If you must know, Minerva, I have seen that poor Professor Lupin will not be with us for very long. He seems aware, himself, that his time is short. He positively fled when I offered to crystal gaze for him —”
- Если хотите знать, Минерва, мне открылось, что бедный профессор Люпин не пробудет с нами долго. Он, видимо, и сам знает, что его дни сочтены. Он буквально отшатнулся, когда я предложила погадать ему на хрустальном шаре...
“Imagine that,” said Professor McGonagall dryly.
- Я его понимаю, - сухо заметила профессор МакГонаголл.
“I doubt,” said Dumbledore, in a cheerful but slightly raised voice, which put an end to Professor McGonagall and Professor Trelawney’s conversation, “that Professor Lupin is in any immediate danger. Severus, you’ve made the potion for him again?”
- А я сомневаюсь, - вмешался профессор Думбльдор весёлым, хотя и несколько повышенным, голосом, положив тем самым конец беседе двух дам, - что профессору Люпину что-нибудь всерьёз угрожает. Злодеус, вы уже приготовили для него новую порцию зелья?
“Yes, Headmaster,” said Snape.
- Да, директор, - ответил Злей.
“Good,” said Dumbledore. “Then he should be up and about in no time…Derek, have you had any of the chipolatas? They’re excellent.”
- Прекрасно, - сказал Думбльдор, - тогда он очень скоро встанет на ноги... Дерек, а ты пробовал эти колбаски? Объедение!
The first-year boy went furiously red on being addressed directly by Dumbledore, and took the platter of sausages with trembling hands.
Первоклассник, услышав, что к нему обратился сам директор, густо покраснел и протянул трясущиеся руки к блюду с колбасками.
Professor Trelawney behaved almost normally until the very end of Christmas dinner, two hours later. Full to bursting with Christmas dinner and still wearing their cracker hats, Harry and Ron got up first from the table and she shrieked loudly.
На протяжении двух часов, до самого конца обеда, профессор Трелани вела себя почти нормально. Но, когда Гарри с Роном, наевшиеся до отвала и ещё не снявшие бумажных шляп, поднялись из-за стола, она громко закричала:
“My dears! Which of you left his seat first? Which?”
- Мои дорогие! Кто из вас встал первым? Кто?
“Dunno,” said Ron, looking uneasily at Harry.
- Не знаю, - Рон неуверенно посмотрел на Гарри.
“I doubt it will make much difference,” said Professor McGonagall coldly, “unless a mad axe-man is waiting outside the doors to slaughter the first into the Entrance Hall.”
- Вряд ли это имеет хоть какое-то значение, - ледяным тоном произнесла профессор МакГонаголл, - если, конечно, за дверью не притаился сумасшедший дровосек, одержимый идеей зарубить первого, кто выйдет в вестибюль.
Even Ron laughed. Professor Trelawney looked highly affronted.
Засмеялись все, даже Рон. Профессор Трелани молча оскорбилась.
“Coming?” Harry said to Hermione.
- Ты идёшь? - спросил Гарри у Гермионы.
“No,” Hermione muttered. “I want a quick word with Professor McGonagall.”
- Нет, - пробормотала Гермиона, - мне нужно переговорить с профессором МакГонаголл.
“Probably trying to see if she can take any more classes,” yawned Ron as they make their way into the Entrance Hall, which was completely devoid of mad axe-men.
- Не иначе, хочет выяснить, нельзя ли заняться ещё каким-нибудь предметом, - зевнул Рон. Они вышли в вестибюль, в котором не обнаружилось ни одного сумасшедшего дровосека.
When they reached the portrait hole they found Sir Cadogan enjoying a Christmas part with a couple of monks, several previous headmasters of Hogwarts and his fat pony. He pushed up his visor toasted them with a flagon of mead.
Дойдя до портрета, они обнаружили, что Сэр Кэдоган собрал на рождественскую вечеринку пару монахов, нескольких бывших директоров школы и толстого пони. Рыцарь откинул забрало и приветственно поднял флягу с мёдом.
“Merry — hic — Christmas! Password?”
- Веселого - ик! - Рождества! Пароль?
“Scurvy cur,” said Ron.
- Жалкий пёс, - сказал Рон.
“And the same to you, sir! roared Sir Cadogan, as the painting swung forward to admit them.
- И вам того же, сэр! - прогрохотал Сэр Кэдоган, отъезжая вверх.
Harry went straight up to the dormitory, collected his Firebolt and the Broomstick Servicing Kit Hermione had given him for his birthday, brought them downstairs and tried to find something to do with the Firebolt; however, there where no bent twigs to clip, and the handle was so shiny already it seemed pointless to polish it. He and Ron simply sat admiring it from every angle, until the portrait hole opened, and Hermione came in, accompanied by Professor McGonagall.
Гарри сразу поднялся в спальню, взял “Всполох” и подаренный Гермионой на день рождения “Набор для техобслуживания мётел”, отнёс всё это в гостиную и попытался устроить метле хоть какое-нибудь техобслуживание; однако, хворостины не нуждались в подравнивании, а рукоять сверкала так ярко, что полировать её было бессмысленно. Поэтому они с Роном просто сидели и наслаждались совершенной красотой метлы, пока не отворилось портретное отверстие. В гостиную вошла Гермиона, а следом за ней - профессор МакГонаголл.
Though Professor McGonagall was Head of Gryffindor House, Harry had only seen her in the common room once before, and that had been to make a very grave announcement. He and Ron stared at her, both holding the Firebolt. Hermione walked around them, sat down, picked up the nearest book and hid her face behind it.
Хотя профессор МакГонаголл и была завучем “Гриффиндора”, Гарри видел её в общей гостиной лишь однажды, к тому же по весьма печальному поводу. Они с Роном уставились на преподавательницу, вдвоём вцепившись в метлу. Гермиона обошла вокруг мальчиков, села и зарылась лицом в первую попавшуюся книжку.
“So that’s it, is it?” said Professor McGonagall beadily, walking over to the fireside and staring at the Firebolt. “Miss Granger has just informed me that you have been sent a broomstick, Potter.”
- Стало быть, это она, - поджав губы, изрекла профессор МакГонаголл. С этими словами она подошла к камину и воззрилась на “Всполох”. - Мисс Грэнжер проинформировала меня о том, что вам прислали метлу, Поттер.
Harry and Ron looked around at Hermione. They could see her forehead reddening over the top of her book, which was upside-down.
Гарри с Роном оглянулись на Гермиону. Они увидели, как краснеет её лоб, точнее, его часть, видневшаяся над книжкой - которую Гермиона держала вверх ногами.
“May I?” said Professor McGonagall, but she didn’t wait for an answer before pulling the Firebolt out of their hands. She examined it carefully from handle to twig-ends. “Hmm. And there was no note at all, Potter? No card? No message of any kind?”
- Позвольте? - попросила профессор МакГонаголл, но не стала дожидаться разрешения, а попросту вытащила метлу из рук у мальчиков. Она внимательно изучила её сверху донизу. - Хм-м. При ней не было письма, Поттер? Совсем? Открытки? Записки?
“No,” said Harry blankly.
- Нет, - пустым голосом ответил Гарри.
“I see…” said Professor McGonagall. “Well, I’m afraid I will have to take this, Potter.”
- Понятно... - протянула профессор МакГонаголл. - Что ж, боюсь, метлу придётся забрать, Поттер.
“W — what?” said Harry, scrambling to his feet. “Why?”
- Ч-что? - Гарри рывком вскочил на ноги. - Почему?
“It will need to be checked for jinxes,” said Professor McGonagall. “Of course, I’m no expert, but I daresay Madam Hooch and Professor Flitwick will strip it down —”
- Её нужно проверить на заговорённость, - объяснила профессор МакГонаголл. - Я сама, конечно, не специалист, но мадам Самогони или профессор Флитвик разберут её на части...
“Strip it down?” repeated Ron, as though Professor McGonagall was mad.
- На части? - повторил Рон с таким выражением, словно профессор МакГонаголл выжила из ума.
“It shouldn’t take more than a few weeks,” said Professor McGonagall. “You will have it back if we are sure it is jinx-free.”
- Это займёт всего несколько недель, - сказала профессор МакГонаголл. - Когда мы убедимся, что метла не заговорена, вы получите её назад.
“There’s nothing wrong with it!” said Harry, his voice shaking slightly. “Honestly, Professor —”
- Ничего с ней такого нет! - выкрикнул Гарри слегка дрожащим голосом. - Правда, профессор...
“You can’t know that, Potter,” said Professor McGonagall, quite kindly, “not until you’ve flown it, at any rate, and I’m afraid that is out of the question until we are certain that it has not been tampered with. I shall keep you informed.”
- Вы не можете этого знать, Поттер, - почти ласково ответила профессор МакГонаголл, - по крайней мере, до тех пор, пока не полетаете на ней, а этого, я боюсь, мы допустить не можем. Прежде мы должны убедиться, что над ней никто не поработал. Я буду держать вас в курсе.
Professor McGonagall turned on her heel and carried the Firebolt out of the portrait hole, which closed behind her. Harry stood staring after her, the tin of High-Finish Polish still clutched in his hands. Ron, however, rounded on Hermione.
Профессор МакГонаголл развернулась на каблуках и унесла “Всполох”; отверстие за портретом закрылось. Гарри стоял и смотрел вслед, сжимая в руке банку шикблеска. Рон повернулся к Гермионе.
“What did you go running to McGonagall for?”
- Ну, и зачем ты помчалась к МакГонаголл?
Hermione threw her book aside. She was still pink in the face, but stood up and faced Ron defiantly.
Гермиона отбросила книжку. Лицо у неё было розовое, но она смело встретила гневный взгляд Рона.
“Because I thought — and Professor McGonagall agrees with me — that that broom was probably sent to Harry by Sirius Black!”
- Затем, что я подумала - и профессор МакГонаголл со мной согласна - что метлу, скорее всего, прислал Сириус Блэк!